Рене «The Wakko» Кульман: Сегодня у нас в гостях Барак Висброд. Он начал свою карьеру с МТТ, в конце 2021 года перешёл в кэш и уже через год добрался до самых высоких лимитов и вошёл в число самых плюсовых кэшевиков. Давайте узнаем, как ему удался настолько гладкий переход из одной дисциплины в другую. Как всегда на связи мой соведущий, психолог Адам Кармайкл. Адам, о чём тебе особенно расспросить Барака?

Адам Кармайкл: Действительно интересно, как он стал настолько успешным в двух разных форматах. Наверняка у него есть пара секретов, благодаря которым прогресс получился таким стремительным.

РК: Привет, Барак! Спасибо, что согласился прийти к нам.

41320-1694077190.jpg

Барак Висброд: Спасибо, что позвали! Рад быть здесь с вами.

РК: Когда мы спросили, что привело тебя в покер, ты сразу назвал лудоманию. С чего начиналась твоя лудоманская карьера?

БВ: О да, я был тот ещё лудоман, друзья подтвердят. Я начал играть в покер, когда мне было 13 или 14, на плеймани. Меня научил двоюродный брат, и мы постоянно рубились с ним на фейсбуке. Я проигрывал все фишки, ждал следующего дня, когда баланс обновлялся, и проигрывал всё снова. Лет в 17 или 18 я узнал, что, оказывается, можно играть даже на настоящие деньги. Я пришёл на PokerStars. Играл очень слабо, но был уверен, что очень хорош. Знаете, как бывает – выиграешь маленький турнир, и кажется, что ты разрываешь. Я делал депозиты по $50-$100 раз пятнадцать или двадцать и после очередного обнуления задумался: наверное, результат зависит не только от везения? Может быть, покеру можно научиться?

В то время в Израиле существовал популярный форум Pokerland. Многие сильнейшие израильские профессионалы обсуждали на нём свою стратегию. Я обнаружил массу высококачественного покерного контента на иврите и с головой погрузился в чтение. Читал всё подряд – кэш, МТТ, любые разделы. Находил в поиске на PokerStars известных постеров и наблюдал за их игрой. Иногда даже покупал у них доли – 3%, 5%, для меня это всё равно было дорого, но я оправдывался тем, что это точно должно быть плюсово.

Начав играть на реальные деньги, я стал брать уроки у одного из форумчан. Через несколько уроков я уже мог играть SNG в плюс. Конечно, я всё ещё был фишом, но хотя бы разобрался в первом приближении, когда нужно ставить олл-ины, и этого хватило, чтобы бить низкие лимиты.

Потом я заметил, что мой баланс всё равно продолжает регулярно обнуляться. Почему-то стоило мне отыграть неделю в минус, я сразу шёл отбиваться в более дорогую игру. При среднем бай-ине $8 я запросто мог пойти играть SNG за $200, на которые у меня было, может быть, 10 бай-инов. Думаю, регуляры гипертурбо очень меня любили.

В общем, так начинался мой покер. Я довольно сильно играл на своих лимитах, но всегда находил глупый способ всё проиграть.

Мне даже кажется, что ментальность турнирных игроков отличается от кэшевиков. Не у всех, конечно, но у МТТшников чаще выражена тяга к саморазрушению. Кэшевики обычно более серьёзные люди с устойчивой психикой, дисциплинированно соблюдающие банкролл-менеджмент и более консервативные. МТТшник всегда готов сделать выстрел. Таково, по крайней мере, моё впечатление. Во мне эта тяга к саморазрушению точно есть. Откуда – понятия не имею. Возможно, от природы. Поэтому мне было полезно много-много раз проиграть банкролл. Мой друг говорит, что любой покерист должен хотя бы раз проиграть всё. Я проигрывал всё 15 или 20 раз. К счастью, покер не был моим основным источником дохода. Я был тогда очень молод, начал играть перед армией и продолжил во время службы. У нас в Израиле обязательная служба в армии, три года. После её окончания я уже точно знал, что хочу заниматься покером профессионально, хочу зарабатывать им на жизнь. Друзья, с которыми мы обсуждали стратегию и играли одни и те же лимиты до того, как меня призвали, все добились серьёзного прогресса, а у меня на это не было времени.

Через несколько дней после окончания службы я сказал родителям, что однозначно связываю своё будущее с покером. Покер им никогда не нравился, и хотя они не знали всех подробностей, но наверняка догадывались по моему поведению, что особых успехов в игре у меня не было. Они отличные родители и поддерживали меня почти во всём, но в перспективы покерной карьеры не поверили. Отец сказал, что если я хочу зарабатывать на жизнь игрой в карты, он не позволит заниматься этим в своём доме. И я съехал... можно сказать, что съехал, а можно сказать, что меня выгнали из дома. Мне было 22.

Денег у меня было не слишком много, но их хватало на аренду квартиры и расходы на год. И я пошёл олл-ин. Других вариантов для меня не было: я был одержим игрой. Меня завораживала возможность работать над теорией, глубоко погружаться в разбор ситуаций. Это было не так уж давно, всего пять с половиной лет назад. Уже существовали солверы, но работать в них меня не учили.

Так я стал играть МТТ в онлайне и офлайне. Конечно, даунстриков не избежал, но в целом всё складывалось очень успешно.

РК: Ты пришёл в покер из-за лудомании, остался из-за любви к игре. Сейчас ты довольно часто играешь 3-максы, 4-максы в очень сложных составах, против лучших в мире. Это для тебя риск, адреналин – или возможность посоревноваться на высшем уровне, на которую ты идёшь из любви к игре?

БВ: Я очень много работал над психологией и знаю, что лудомания полностью не изжита, она по-прежнему остаётся частью меня. Но я очень хорошо понимаю своё состояние в любой момент – это одна из моих сильных сторон. Я замечаю, когда начинаю тильтовать, когда испытываю любые эмоции. Это не значит, что я всегда на сто процентов могу себя контролировать, но я всегда знаю, что происходит. Действительно, в некоторых составах я в лучшем случае буду играть в ноль, но чаще всего если я оказался за столом, значит, я уверен, что у меня есть перевес.

Я очень верю в свою интуицию. Я много работал над хэдз-апом, и хотя есть люди, которые работали больше, я готов с ними играть, если чувствую, что могу их побеждать. Однако встречаются и такие соперники, против которых интуиция подсказывает, что шансов у меня немного.

Если вернуться к ответу на вопрос, думаю, в сложные составы на коротких столах я сажусь в основном из любви к игре. Если есть возможность поиграть NL20k с низким рейком против топ-игроков – я готов. Адреналин – это тоже фактор, но я слежу за результатами, и если замечу, что меня разрывают, то просто перестану к ним подсаживаться.

Вообще-то я увлёкся регварами сравнительно недавно, есть реги, которые занимаются этим гораздо дольше. Думаю, каждый считает, что играет эти столы в плюс, в крайнем случае – в ноль. Такое, конечно, невозможно, разве что все играют в ноль и платят рейк.

Одна из причин, по которой люди готовы играть регвары, состоит в том, что постоянной игры выше NL5k нет. Подходящие составы на NL10k, NL20k, NL40k собираются не всегда. Сегодня они есть, но порой хорошего экшена нет неделями или даже месяцами. А парням, которые уже не хотят играть NL5k, нужна практика. Когда часами сидишь за пустыми столами и ждёшь любителей, для тебя обычно не проблема поиграть часок в плотном составе, чтобы потренироваться и насладиться покером высокого уровня. Временами за такие столы подсаживаются любители, поэтому мне кажется, что при низком рейке подобная практика для регуляров не должна быть минусовой. Не говоря уже о том, что это просто очень весело и динамично. Может быть, кому-то кажется, что топ-реги играют, как роботы, исполняют идеальные солверные линии, но это очень-очень далеко от истины.

РК: Лично мне особенно нравится 3-макс. Когда добавляется больше позиций, слишком часто возникают ситуации, когда диапазон одного из игроков далеко впереди, игра становится очень предопределённой, а вот в 3-максе появляется намного больше творчества.

БВ: Да, я с этим согласен.

РК: Сейчас ты в основном играешь кэш. Расскажи, почему ты решил начать карьеру с МТТ и почему в 2021 году перешёл в кэш.

БВ: Вернувшись из армии, я стал играть МТТ, потому что в этом формате у меня были и опыт, и знания. Когда я ездил на турнирные серии на Кипр или в Европу, время от времени после быстрого вылета садился в кэш. Составы там обычно довольно слабые, очень похоже, что ожидание в них выше, чем в турнирах, плюс результаты более стабильные. Поиграв несколько часов, я обсуждал наиболее интересные раздачи с друзьями, профессионально играющими кэш, отмечал расхождения в нашем мышлении и учился. Правда, в МТТ я выступал очень успешно и уходить из них не собирался.

Прошёл год, прогресс и результаты меня вполне устроили, и я решил в первый раз поехать в Вегас. Друзья предупреждали, что Вегас может встретить очень холодно, советовали съездить на две-три недели, сыграть мэйн, ощутить атмосферу. Однако мой очень хороший друг-кэшевик собрался поехать туда на целых три месяца и предложил составить ему компанию. Поиграешь, сказал он, кэш первый месяц, наживёшь без диспы, а там уже и WSOP начнётся. Если турниры совсем не пойдут, ну останешься в небольшом минусе. Его идея мне очень понравилась, и я согласился.

Почти сразу после приезда я выиграл турнир весенней серии в Wynn за $400 и получил $30k – кажется, мой самый большой приз на тот момент. Думаю, это был один из самых счастливых моментов в моей жизни. Первый настоящий трофей в офлайне!

Потом целый месяц я играл кэш в ноль, ха-ха, так что план не очень сработал. Зато когда началась Мировая серия, мне стало бешено складываться. Я был очень уверен в себе и, по-моему, хорошо играл, во всяком случае, на фоне поля. За лето я выиграл четыре турнира – безумный апстрик!

41321-1694077609.png

Два раза обновил свой рекордный доезд: сначала получил 40k в турнире за $600 в Venetian, а потом там же выиграл тысячник и получил $100k. Ну и потом был браслет WSOP в командном турнире, где я участвовал с двумя друзьями. Было круто!

Потом у меня был первый опыт дорогого бэдбита: в турнире за $1,600 я вылетел 9-м на финальном столе, проиграв AJs в A4s. За первое давали полмиллиона, а я получил $46k.

Люди, добравшиеся до поздней стадии, всегда начинают завышать свои ожидания, думают только о призах за первые места. Иногда это сказывается на игре, иногда нет, но когда ожидания не сбываются – это всегда очень больно. И хотя я уже удесятерил свой банкролл за время поездки, моё разочарование было настолько безграничным, что я просто заболел.

Это стало для меня отличным уроком. С тех пор я стал очень аккуратен с ожиданиями и перестал испытывать такой сильный стресс. У меня было много далёких проходов, удачных и неудачных. Был случай, когда я шёл 1/10 с 40% всех фишек турнира и вылетел 9-м. Однако благодаря той истории я научился правильному психологическому подходу к подобным ситуациям, поэтому перенёс неудачу очень спокойно. Просто знаю, что такое бывает, это часть игры.

Возвращаясь к разнице между дисциплинами – регуляры МТТ должны уметь терпеть боль, потому что в этом формате разочарования намного сильнее. И это стало одной из причин, по которым я решил уйти из МТТ.

Турниры мне больше всего нравилось играть в офлайне. После Вегаса я поехал на Кипр. Там есть отличное место – Merit, и я выиграл два главных турнира на двух сериях подряд, $160k и $180k. Апстрик не прекращался, но тут начался ковид. Я стал играть МТТ в онлайне, и результаты были неплохие, но я и близко не получал такого удовольствия, как от офлайна. Плюс из-за того, что я живу в Израиле, мои сессии заканчивались в 6-7 утра, и я понимал, что долго так продолжаться не может – в таком графике я не выживу. Я пытался наладить социальную жизнь, но было очень тяжело. Переход в кэш выглядел хорошей альтернативой.

Друг познакомил меня с Ури Пелегом, и он с группой тренеров полностью обновил мою игру. Нельзя сказать, что я был совсем новичком, всё-таки у меня был опыт игры вплоть до NL1k и неплохие результаты, но вскоре я уже делал выстрелы на NL5k на GG. Благодаря МТТ у меня был приличный банкролл, и когда я обрёл уверенность в своём уровне, то начал присматриваться к более дорогой игре. Выстрелы получились удачными, и через три месяца я решил, что пора идти дальше.

Обычно между мидстейкс и хайстекс существует очень заметный разрыв. На NL1k и NL2k игра есть регулярно, на NL5k экшена меньше, а когда он есть, составы намного сложнее: люди играют меньше столов и по-настоящему концентрируются. NL5k и NL10k практически не отличаются. Мои результаты на NL10k были даже лучше из-за более низкого рейка.

Под хороших фишей я стал прыгать на NL20k. И снова оказалось, что из-за ещё более низкого рейка у меня неплохо получается. Это пограничный лимит: некоторые регуляры NL5k не готовы его играть, а вместо них добавляются топ-реги заоблачного уровня.

В конце 2021 года регулярно была хорошая игра, которую обеспечивал любитель из Китая, готовый играть много столов, обычно на NL10k и NL20k. Под него собирались все топовые регуляры, включая Линуса. Думаю, мне очень прилично складывалось, но при этом я играл на максимальных оборотах – много занимался теорией, был в хорошей форме, выработал отличный режим. Был очень рад, что у меня всё получилось!

АК: Очень интересно наблюдать за тем, как ты прошёл путь от лудомана, постоянно проигрывающего новые и новые депозиты, до расчётливого и прагматичного регуляра хайстейкс! Можешь вспомнить, о чём ты думал, когда у тебя ничего не получалось? Почему продолжал играть?

БВ: Я будто был совершенно другим человеком. Мне было 17 или 18, и меня просто захлёстывали эмоции, с которыми я не мог справиться. Думаю, это возрастное. А не бросал, потому что мне очень нравилась игра, я был без ума от неё. Ну и я всё-таки проигрывал относительно небольшие суммы, потому что играл дёшево. Не представляю, как подниматься, когда проигрываешь под ноль банкролл для мидстейкс – скажем, $500,000. Это должно быть нереально тяжело.

Должен сказать, что мне повезло с окружением, эмоциональной поддержкой друзей. Также я много работал над собой, годами ходил к психотерапевту, занимался с психологами и так далее. Ну и просто взрослел, наверное.

Самым сложным для меня было научиться прощать себе ошибки. Когда проигрываешь большой банк или вылетаешь из турнира из-за бэдбита или кулера, тебе больно, но это нормальная реакция на неудачу, которая быстро приходит и должна быстро проходить, ведь ты всё сделал правильно и ничего не мог изменить, это просто часть работы. Другое дело когда неудача случается из-за неправильного решения. Как-то в офлайн-турнире я не обратил внимание на стек оппонента. Если бы я правильно посчитал его стек, решение было бы элементарным. А так я сделал глупость, вылетел из турнира и так сильно разозлился на себя, что не мог играть несколько дней. Только после долгой работы с психологами я смог принимать такие ошибки как ещё одну часть своей профессии. Я человек, и я ошибаюсь каждый день – и в покере, и в жизни. Это нормально. Когда я научился с этим жить, это был, пожалуй, самый большой прорыв в моей работе над собой. Не нужно наказывать себя за ошибки – они нужны, чтобы извлекать уроки и становиться сильнее.

41322-1694077796.jpg

Ещё мне очень помогает делиться плохими раздачами с друзьями. Некоторые из них играют те же лимиты, и когда они говорят, что моя линия в целом разумна, и хотя солвер считает, что так играть очень минусово, за столом они вполне могли бы сыграть так же, меня это успокаивает.

В целом в вопросах психологической устойчивости любому человеку есть куда расти, но сейчас в этой сфере я чувствую себя довольно уверенно.

АК: Поменялось ли твоё отношение к риску по ходу карьеры? Со стороны кажется, что ты по-прежнему любишь рисковать, раз играешь самые высокие лимиты, в том числе в очень сложных составах.

БВ: Хороший вопрос. Самое главное – понять, какие правила управления банкроллом подходят лично вам. Советы друзей или тренеров – это хорошая точка отсчёта, но дальше нужно отталкиваться от своих особенностей. Каким должен быть идеальный банкролл-менеджмент для кэша? Понятия не имею! Одному нужно 40 бай-инов, другому – 20, третьему – 200. Зависит от преимущества над соперниками, дисперсионности стиля, количества столов, дополнительных обязательств вне покера (нужно ли, например, кормить семью или платить ипотеку). Факторов очень много. У меня нет семьи и минимум обязательств, квартиру я снимаю. Поэтому я стараюсь получать как можно больше экшена и как можно меньше продавать доли, даже если это связано с агрессивными выстрелами по лимитам. И пока что на всех лимитах я много и стабильно выигрываю. Пока этот тренд сохраняется, я готов рисковать.

Думаю, с тех пор, как я стал играть профессионально, за несколько лет я 10 или 15 раз проигрывал за день существенную часть банкролла – столько, сколько по правилам банкролл-менеджмента проигрывать не стоит. (Не 80%, конечно – может быть, от 5% до 10%.) Но на следующий день я совершенно спокойно садился за столы более низкого лимита и начинал гриндить. Да, что-то пошло не так, но решение сделать выстрел было правильным и оправданным, мне не на что жаловаться и не о чем жалеть. Если у вас большой проигрыш вызывает сильные негативные эмоции, плохо влияющие на игру, тогда, конечно, продавайте доли и снижайте риски. А мне норм.

Мой совет сильным игрокам с хорошей психологической устойчивостью – регулярно делайте выстрелы на более высокие лимиты, и в кэше, и в турнирах. Если ваши дела идут хорошо, не стесняйтесь поиграть немного агрессивнее, потом посмотрите, как будете себя чувствовать после удач и неудач и выберите оптимальный для себя вариант.

Один мой друг – очень успешный турнирный игрок. На мой взгляд, он продаёт слишком много долей. Я бы так не смог, но для него такая схема работает, и это здорово. Все разные.

В прошлом году я угодил в сильный даунстрик, и это оказалось настоящей удачей. Даунстрик в шесть месяцев сразу же после лучшего в карьере года! 2022-й я начал очень мощно, разрывал первые три месяца, но потом начал проигрывать, и к сентябрю результат за год уже держался в районе нуля. Это ужасно меня тревожило. Потом я стал анализировать, что происходило со мной в эти полгода. Выяснилось, что я стал меньше заниматься теорией, много путешествовал по офлайн-турнирам, и это плохо сказалось на моей игре. Мне нужно время, чтобы набрать форму в офлайне, неделя или две. А я уезжал на неделю, а потом возвращался в онлайн. На постоянной подстройке и перестройке игры терялось слишком много EV. Окей, значит, такая схема для меня не годится!

И я остался дома и погрузился в работу над теорией и онлайн-кэш. Обычно я не люблю долгосрочное планирование. Когда люди спрашивают меня о планах на следующую неделю, мне обычно трудно им ответить. Но в сентябре я твёрдо решил оставаться дома по крайней мере до марта и уезжать разве что на отдых – никакого офлайна!

Полгода я сидел дома, изучал теорию и играл онлайн. Именно так я нашёл идеально работающую для меня схему. Благодаря даунстрику начался мой самый большой апстрик.

А когда я наконец решил вернуться в офлайн, то распланировал так, чтобы после двух недель EPT Монте-Карло поехать на две недели на серию Triton, а потом, если останутся силы, в Вегас. И эта поездка в Вегас стала лучшей за всё время, потому что я приехал в отличной форме и с хорошим психологическим фоном.

41323-1694077981.png

Поэтому я считаю, что необходимо очень внимательно прислушиваться к себе и регулярно пробовать что-то новое, чтобы найти идеальный рецепт, который будет работать именно для вас.

Продолжение следует