Продолжение. Предыдущие эпизоды:
Ребёнок покерного бума
Я... американец?
Всё, чего я хотел
Чтобы разобраться в моём падении 2010 года, вы должны понимать, как работала экосистема HU SNG. На каждом уровне бай-ина (100, 200, 500, 1k, 2k и 5k) было одно вакантное место. Как только два игрока садились играть матч, автоматически появлялось новое место. Если вам хотелось играть, а в лобби уже сидел игрок в ожидании оппонента, играть нужно было с ним. Если лобби было пустым, вы могли свободно сесть, но вам пришлось бы играть с любым желающим сесть вторым.
Человек, который «держал лобби», пользовался уважением других игроков топ-уровня, ведь в противном случае они с удовольствием садились бы к нему. У каждого был свой подход, своя дипломатическая политика, своё представление об этикете и свой уровень готовности биться за территорию. Каждый день вокруг лобби происходили драматические события. Иногда они выплёскивались в общие чаты в руме, иногда обсуждались в закрытом режиме в популярных тогда мессенджерах AIM и MSN. Наверное, человек с хорошей памятью мог бы написать обо всём этом замечательный текст.
В 2007-м я впервые попробовал на вкус сражения за лобби на хайстейкс. Несмотря на весьма удачные результаты, даунстрик в конце года принудил меня к большей осторожности, и я больше не хотел садиться в лобби 5k первым. Доезд в Foxwoods в ноябре 2008-го это изменил – у меня появились патроны, чтобы с комфортом сражаться с любым желающим регом 5k. Вскоре выяснилось, что конкурентов у меня не так много. За мной закрепилось право сидеть первым номером. Другие топовые профессионалы практически перестали меня тревожить, хотя друг с другом сражались регулярно.
Однако в 2010-м ситуация изменилась. Один из новых топ-регов, Skilled_Sox, не проявил ко мне большого уважения. И оказался прав – он прилично надрал мне задницу, и это была не просто дисперсия. Я не понимал, что происходит. Его игра была для меня загадкой. Я переиграл со многими талантливыми претендентами до Skilled_Sox, и всегда замечал, как они подстраиваются под мою игру, делал контрподстройки, и мы сражались, постоянно меняя стиль и приспосабливаясь друг к другу.
Думаю, моими сильнейшими качествами в те годы была очень ровная психика (я абсолютно не тильтовал) и умение предугадать, как последние события матча повлияли на оппонента. Понимаю, звучит немного странно, ведь при игре в онлайне мы не видим и не слышим своего соперника, но мне каким-то образом часто удавалось настроиться на его эмоциональную волну. Всё-таки даже в онлайне многое можно уловить. Один из ключевых источников информации – скорость принятия решений. Некоторые игроки обычно вносили свои сайзинги с клавиатуры, но в тильте переходили на предустановленные в руме, чтобы игра шла быстрее. Иногда можно было обойтись и без таких тонкостей – парни изливали душу прямо в чате. Хэдз-ап – очень дисперсионная форма покера. Любой игрок, неважно, насколько он силён, пройдёт через серию из нескольких неудачных блефов, ошибочных коллов, проигранных монеток, кулеров и других форм невезения. Каждый реагирует на подобные неудачи по-своему, и со временем я собрал в своей памяти неплохую коллекцию ридсов на регулярных соперников – как меняется их игра в зависимости от последних раздач.
Однако реакции Skilled_Sox я не чувствовал. Стоило мне подумать, что он, вероятно, перестанет широко меня вскрывать после череды неудачных коллов, как он тут же показывал, что я ошибся. Я приходил к противоположному выводу – и вновь ошибался. Со временем я пришёл к выводу, что на его решения недавние события не влияют вообще. Трюки, которыми я заманивал соперников на нужную мне территорию, против него не работали. Он верил в свою базовую стратегию и не менял её, как бы я ни старался. Казалось, я играю против робота, и это сбивало меня с толку.
Постепенно я полностью утратил веру в себя и даже почти перестал блефовать. А перестав блефовать, я подписал себе приговор. Помню это ощущение мрачной неизбежности, преследовавшее меня во время последних матчей против Sox. Я просто пытался собирать комбинации – других козырей у меня не осталось. Способ выиграть был только один – поймать кулер. Это был явный сигнал, что соперник, как ни печально это признавать, мне не по зубам.
Ключи ко мне подобрал не только Skilled_Sox. Skaiwalkurrr (Рашид Бен-Шериф), который войдёт в историю как один из самых активных и плюсовых регуляров в истории HU SNG, впервые попробовал вкус борьбы за лобби в 2010 году. Год он закончил в минусе, но меня разгромил. А когда мы встретились во втором круге WCOOP по игре один на один, он не дал мне ни единого шанса. Да, это был всего один матч, и совсем не такого формата, как в наших обычных HU SNG, но он произвёл на меня сильнейшее впечатление. Этот парень был несравнимо сильнее меня, и я не понимал, что с этим можно сделать.
Sox и Skai били меня в основном за счёт приверженности более качественной стратегии, главную роль в которой играла математика. Локальные выбросы дисперсии на их игру не влияли.
Почти одновременно с ним к стратегии, основанной на теории игр, обратился и Бен Толлерен. По его словам, по матчам со мной он понял, что находится на верном пути.
Когда мы играли с тобой, ты применял какую-нибудь линию, которая вызывала у меня сильнейшую эмоциональную реакцию, например, я должен фолдить, я точно должен фолдить, ты не можешь здесь блефовать. Но потом я успокаивался и говорил себе: слушай, он ставит 60% банка, надо защищать такую-то долю диапазона. Мне очень хотелось выкинуть, но рука была достаточно сильной для колла, я коллировал – и бил твой блеф. Да! Ты перехитрил меня, но в твою игру я больше не играю!
Инструмент, который позволял Sox и Skai опираться на объективные математические показатели, назывался HUD – хад.
Лучшей иллюстрацией влияния хада стали мои поединки с самым известным регуляром HU SNG в истории – Оливье Бускетом, Adonis112. Мы с ним регулярно рубились в 2008-2010. Иногда это была борьба за контроль над лобби, иногда – просто эго. Наш трёхлетний матч, если так можно выразиться, завершился вничью – 147-147, и каждый год мы бились на равных.
Как и я, Adonis играл на инстинктах и понимании своих соперников. Как и я, он играл без хада. Для него 2010 год тоже стал худшим в карьере. Но в отличие от меня, он сделал правильные выводы и начал играть с хадом. Начиная с этого момента, он стал регулярно брать надо мной верх: 147-120, и его карьера расцвела. В историю HU SNG он вошёл как один из самых плюсовых игроков.
Год я закончил почти в ноль (+$2,000), но это была не такая уж катастрофа, как можно подумать. Я играл необычно много и так дорого, что сумел выполнить норму статуса Supernova Elite, который на PokerStars давал дополнительные $110,000.
Шесть знаков, но всё равно это был большой шаг назад в карьере, которая до сих пор шла по нарастающей. Ещё важнее, что я лишился привычной репутации Iftarii, грозы лобби 5k. Я больше не мог удерживать лобби на хайстейкс, так как меня уничтожали более сильные игроки. Из хищника я превратился в жертву.
У меня было несколько вариантов:
– продолжать сражаться, поставить на кон банкролл, понадеявшись, что неудачи 2010-го – это просто диспа, разобраться в сложных оппонентах и вернуть себе первенство;
– гриндить более низкие лимиты, занять лобби $1k и $500, смириться со сменой статуса и присоединиться к десятку-другому регов этих лимитов, которые тоже прекрасно зарабатывали;
– разобраться с хадом и покерной математикой, поучиться у конкурентов.
К счастью, я был достаточно разумным, чтобы не выбрать первое. К сожаланию, я был слишком упрямым и гордым, чтобы выбрать второе или третье.
Поэтому я поступил так, как уже несколько веков поступают все скучающие богачи. Я начал играть в гольф.
Скромностью я не отличался. Я не был готов смиренно принять понизившийся статус и перейти на средние лимиты.
Любопытства во мне тоже не было. Навязчивое стремление к свободе привело к тому, что я не признавал авторитетов. Я избегал всего, что хоть немного напоминало школу. Теория игр, новый софт, уроки, разбор раздач... Школа, снова школа! Мне этого не надо.
Я не был готов к большой работе. Это... ну, это работа! Работа – это не моё. Если я чего-то не хочу делать, я этого не делаю. В этом мой путь и мой успех. Свобода – это моя единственная путеводная звезда.
Мне понадобилось целых десять лет, чтобы найти новое определение успеха – умение справляться со всеми трудностями, которые устраивает нам жизнь.
Но тогда мотивации у меня не было. Моя жизнь никак не изменится, если я удвою или утрою свой банкролл. Мне нравился статус топ-игрока, но не нравились многие эмоции, возникавшие во мне в битвах за лобби. Мне было неинтересно сидеть за компьютером днями напролёт.
Я не знал теории. В буквальном смысле, вообще. Окажись я скромным, любопытным, мотивированным и трудолюбивым, даже тогда не факт, что я бы смог преуспеть. В покер пришли новая философия и новый язык, которых я не понимал, а без них интегрироваться было невозможно. По-моему, я ни разу не использовал термин «диапазон» примерно до 2012 года. Я играл в покер на компьютере, но не испытывал желания играть, как компьютер.
Мои результаты 2010 года стали предупреждением, как канарейка в шахте. Набор требований к игрокам хайстейкс стремительно менялся. Регуляры, которые не собирались меняться, отставали.
«Не нравится меняться? Когда вы утратите актуальность, это понравится вам ещё меньше».
Генерал Эрик Шинсеки