«Я не отказался от захвата мира»: Артур Восканян о 20 годах PCM, Сочи и амбициях

Илья: У нас разговор не просто так, а по поводу! В сентябре твоя компания, Poker Club Management, отмечает день рождения — 20 лет. Не буду лукавить, я эту дату, конечно, не помнил. Навскидку мне даже казалось, что GipsyTeam старше вас, а нам всего 17 в этом году :) Хотел начать с такого вопроса — 20 лет назад, создавая PCM, ты чувствовал, что в жизни что-то судьбоносное происходит, или просто, грубо говоря, новое юрлицо регистрировал?

Артур: Интересный вопрос. В тот момент я был наемным сотрудником в компании Storm International — работал в казино «Шангри-Ла» в Москве у Майкла Ботчера.

Илья: Да, я помню тебя в качестве директора покерного клуба в «Шангри-Ле».

Артур: Я работал с Тони Пауэром, помнишь, Тони — такой лысый американец, да? Соответственно, Тони был менеджером, я ему помогал, мы работали в «Шангри-Ле», а до этого в «Винсо Гранд». Изначально в «Шангри-Ла» был совсем небольшой покерный клуб, сначала один стол, потом, может быть, побольше, я уже не помню.

Но мне этого было мало. Я был молодой, активный, горячий и бесстрашный и постоянно подходил к владельцу Storm International Майклу Ботчеру со словами «Дай мне, пожалуйста, сделать в “Шангри-Ла” лучший покерный клуб в России и в мире». Тони, кстати, это не особо нравилось. Типа мы работаем и работаем, зачем куда-то лезть, и так все отлично. Но я все равно к Майклу каждый раз подходил, как только он появлялся в казино.

«Шангри-ла» на тот момент было самым крутым казино в Москве. Много было хороших мест – и «Голден Пэлас», и «Корона», и «Кристалл». Но «Шангри-Ла» на Пушкинской площади — это была просто мечта, все там хотели работать.

И вот однажды там место освободилось под столы, и Ботчер не выдержал: «Да, давай, иди и занимайся». И мы открыли реально лучший на тот момент покерный клуб. Пригласили австрийца Томаса Кремзера, который тогда лучшим турнирным директором в мире был; ТВ-столы делали по старой системе, когда на столе вырезали окошки и снизу карты показывали, сейчас забавно вспоминать. У нас там и Женя Кафельников играл, и много других интересных людей стало ходить. Мы проводили большие турниры, создали реально крутой покерный клуб.

И вот в сентябре 2006 года Ботчер решает уволить Тони Пауэра просто так, без конкретной причины. Думаю, он видел, что клубом уже давно я занимался, а Тони как любой иностранец был дорогой, а тут Восканян под боком – молодой, недорогой и наш. Меня позвали и говорят: «Смотри, клубом ты давно управляешь, так все и останется, Тони не будет, все твое. Но твой покер-клуб приносит в год столько же денег, сколько VIP-зал за день. Давай уменьшайся, иди обратно в “яму”. Мы туда поставим два-три стола, и вот твой покерный клуб будет на этих двух-трех столах».

А у нас там реально круто было. Много людей ходило, мы большие праздники, турниры организовывали. Делать шаг назад не хотелось совсем. Я встретился с Тони, которому надо было решать — либо оставаться, либо уезжать из страны, потому что русский он не знает, да и лет ему уже около 60 было. Он говорит: «Смотри, если ты хочешь, давай сделаем компанию и откроем отдельный бизнес, будем работать на себя». И мы пошли и договорились с Юрой Красовским. Знаешь, кто это?

Илья: Нет.

Артур: Сейчас он — владелец «Лиги Ставок». А тогда Юра управлял казино «Азия» на Олимпийском проспекте — красивое казино, но заполнялось оно не сильно. И мы там 1 сентября 2006 года открыли покерный клуб уже как отдельная компания. Игроки пошли за нами, команда пошла с нами. И после этого, кстати, когда Майкл и Storm International, поняли, что покер – уже достаточно большой бизнес, они оставили у себя покерный клуб «Макао» в прежнем объеме, и мы стали конкурировать.

Вот так появился Poker Club Management. Можно ли сказать, что я в этот момент что-то чувствовал? Мол, я больше не наемный сотрудник? Нет, ничего не чувствовал. Просто решил рискнуть. Я любил покер, любил «Шангри-Лу», становиться меньше не хотел, хотел только вперед двигаться.

Мы сделали турнир открытия, потом начали проводить фестивали. Снова позвали и Томаса Кремзера. По факту продолжили делать всё тоже самое. Столов там было больше, чем в «Шангри-Ле», но игроков хватало на всех – и «Шангри-Ла», и мы проводили турниры ежедневно.

Илья: Да, я застал «Азию», там было очень круто. Очень красивое было казино. Я как раз познакомился лично с Джипси, и он мне говорит: «Слушай, а давай турниры подороже ты будешь от меня играть». И как раз мой дебют в качестве члена Джипситим, хотя и Джипситим-то еще не существовало, он был как раз в «Азии». Я недавно вспоминал, что пришел на турнир – много народу, много столов, сижу – играю, какие-то мужики вокруг, и вдруг за мой стол пересаживают… ребенка.

Артур: Это был Кострицын, да?

Илья: Я думаю – ну, люди совсем ополоумели, это все-таки казино, как подростка пустили. Но это был не Саша Кострицын, а Макс Шуть из Беларуси. Ему было, наверное, лет 18 тогда, а выглядел он на 13–14. Мы с ним, кстати, недавно списывались, – он сейчас один из лучших в мире омашистов, на Phenom Poker много денег выиграл в дорогом кэше, в Европе турниры по омахе разрывает.

Артур: Класс, я его отлично помню, он реально всегда выглядел очень молодо. Всегда удивлялись, как этот мальчик вообще попадает за стол. Но документы у него в порядке были, мы проверяли. Очень талантливый, приятно, что он все еще в игре, зарабатывает. А Кострицына там помнишь?

Илья: С Кострицыным, мне кажется, я уже позже в «Шангри-Ле» познакомился. Но продолжим плыть по волне памяти – здание, в котором было казино «Азия», в какой-то момент просто снесли. Все очень горевали. И в 2008 году ты уже и в «Шангри-Ле» многое делал, и в «Короне» появлялся. Благодаря наличию собственной компании ты стал более независимым и смог работать с разными казино? Так это все было устроено?

Артур: Не совсем. Здание, в котором было казино «Азия», было очень сложное, владели им Иосиф Кобзон и Алимжан Тохтахунов, «Тайванчик». Непростые люди, и тусовались в этом месте тоже непростые люди. Потом Батурина, жена Лужкова, купила это здание, и его начали сносить, что-то делать.

С «Короной» никаких деловых отношений у меня не было. Туда я просто приезжал поиграть. В одном из первых моих больших турниров вышел на финалку, и в 4-макс меня Саша Кравченко выбил. Так обидно было, помню :)

Но там я просто играл, а когда «Азия» закрылась, мы переехали в «Метрополь» и начали работать там. Такого, чтобы наша команда работала одновременно в разных местах, не было. Это началось только когда была создана Федерация спортивного покера, это примерно 2008 год.

Илья: Начало 2008 года.

Артур: И вот тогда мы начали работать совместно с федерацией – начали открывать клубы по всей Москве. Самый колоритный был, пожалуй, на Курской, напротив «Атриума». Контингент в тех краях был своеобразный – там тусовались проститутки, бандиты и иностранцы. И вот мы там поставили покерный стол и начали всех этих людей обучать покеру.

Запомнился случай, когда прямо во время игры один обучаемый внезапно достал пистолет и положил его на стол со словами: «Давайте все-таки подумаем по этому поводу». Такие времена были – охраны в покерных клубах, в казино особо не было. За одним столом играли отпетые бандиты и начинающие профессионалы, которые понимали, что эти оппоненты готовы проиграть по-настоящему большие деньги. Но и риски были соответствующие.

Илья: И ты, и твои проекты пережили много разных эпох. Когда тебе было легче — тогда или сейчас? Был ли какой-то период, который ты вспоминаешь и думаешь: «Как мы вообще со всем этим справились?»

Артур: Всегда интересно было. Сейчас мы делаем одни мероприятия, раньше другие. Каждое время интересно по-своему. Где-то я что-то поменял бы, но мы классно подстраивались под рынок, людей вокруг было много хороших. Деньги в покере крутились совсем другие – люди легко с ними расставались, играли широко. Мы вводили культуру игры, потому что настоящих покерных игроков еще не было. Пришли люди с опытом советских катранных игр – деберц, преферанс, нарды. Их нужно было переучивать. Они думали: «Мы в карты играем, значит, и в покер сможем». Кто-то не справился, все проиграл. При этом мы сами многого не знали. Мы выезжали за границу, смотрели, как ведут себя игроки, как относятся к персоналу, к дилерам, и привозили эти практики к себе.

Илья: Я сейчас вспоминаю, что даже когда открывалось казино в Сочи, отношение к дилерам было серьезной проблемой. Сейчас у вас неприятных инцидентов вообще не бывает? Вы сумели искоренить хамство в отношении персонала, или это у меня розовые очки?

Артур: Смотри, люди остались такими же, как и были. Над культурой, над этикетом мы продолжаем работать. Да, игроков, которые ведут себя неподобающе, раньше было больше. Но сказать, что сейчас этого вообще нет, было бы самонадеянно. Приезжают новые игроки, первый раз попадают в Сочи из других городов. У себя дома, играя с друзьями, они могут вести себя совсем иначе. Но в подобных ситуациях мы всегда быстро реагируем.

Каждую серию у нас примерно 20% новых игроков. Приезжают люди из Владивостока, говорят: «Вот у вас сидит игрок, он у нас самый тяжелый персонаж, всегда ругается, ему все не так. А здесь он лапочка. Как вы это делаете?» Скорее всего, он и у нас попытался что-то сделать, но это было сразу пресечено. У нас если что, сразу блэк-лист и стоп-игра.

Команда невероятно важна. Запрещено любое оскорбление персонала – дилеров, менеджеров, официантов, уборщиц. Мы все пришли работать. Если что-то не нравится — обращайтесь, мы поможем, но не оскорбления. Раньше действительно была полная жесть. Сейчас такой инцидент может произойти раз в неделю, а раньше — раз в полчаса. И речь не только о каких-то высказываниях, к сожалению; пепельницы летали в дилеров; стулья, столы переворачивались. Когда я сам работал дилером, я всё это видел и слышал, хорошо ещё фишки и карты не кидали. Ещё тогда я понял, что буду в будущем со всем этим бороться.

Илья: Ты уже упоминал, что было время, когда ты сам активно играл, был, можно сказать, полупрофессиональным игроком. А случалось ли такое, что Poker Club Management ничего не приносил в плане финансов, и ты рассматривал возможность сменить род деятельности и начать зарабатывать игрой?

Артур: Играть я начал, потому что в те годы было много легких, шальных денег; люди легко проигрывали большие суммы. Как у любого нормального человека, я задумался: может, надо не работать, а играть? Ребята моложе меня зарабатывали огромные деньги. Я дружил со многими игроками, стал к ним приставать: может, переквалифицироваться? Надо сказать, мне ни один человек не посоветовал идти в игроки. Говорили, наоборот: «Ты – менеджер, галстук тебе идет, занимайся своим делом».

Но разбираться в игре хотелось. Я всегда считал, что сильный менеджер должен понимать игру, чтобы понимать, что чувствует игрок. Главными звездами тогда были Кирилл Герасимов и Саша Кравченко. Я с обоими дружил, но с Кравченко был ближе. Попросил его помочь – он объяснил мне основы стратегии, зарегистрировал на PartyPoker. Я наигрывал дистанцию, а его друг корректировал мою игру. Я сам играл онлайн, потом подходил к Саше, садился рядом, смотрел его карты, задавал вопросы. Начал читать самиздат :) Ты, наверное, не помнишь это время?

Илья: Помню. У меня уже был смартфон – на нем можно было открыть PDF, а у меня был файл с учебником Харрингтона. Мы с Нютой поехали в Прагу, в Чехию, это был, наверное, 2006-й или 2007-й год. Она говорит: «Посмотри, какая красота – Карлов мост, Вацлавская площадь», а я ходил и читал Харрингтона с телефона.

Артур: Харрингтон пришел позже, а сначала был то ли Склански, то ли Брансон. Я начал играть, потихоньку участвовать в турнирах – в «Короне», в Питере. Первый выездной турнир был, помню, в Голландии. Там традиционно проходила крупная серия, все на нее ездили.

Возвращаясь к твоему вопросу, самым сложным временем для бизнеса был 2009 год. Помню, 2007-й, когда объявили, что казино закрываются. Казалось, время еще есть — сначала два года, потом целый год… А когда все реально закрылось, было непросто. У нас уже была большая компания, 118 человек, мы совместно с Федерацией открывали клубы спортивного покера. И вот 1 июля закрывается игорный бизнес, мы еще надеемся продолжить работу под эгидой клубов спортивного покера, но 20 июля 2009 года покер лишили лицензии как вид спорта.

Партнеров много, клубов много, обязательств много. Мы раздали большому количеству клубов лицензии, собрали с них деньги. Дмитрию Станиславовичу Лесному тогда было очень тяжело: ему предъявляли массу претензий, мол, вы – президент Федерации, не удержали, не смогли.

Мне нужно было уволить большое количество людей, правильно разойтись с партнерами, понять, что дальше делать. Я оставил костяк, и мы начали делать турниры за рубежом.

Илья: Получается, что лет 5–6 у тебя, у Poker Club Management бизнеса в России не было?

Артур: Да, так и есть. Первый год, 2009-й, был очень тяжелый, выезды все минусовые. С моей стороны это был такой юношеский максимализм. Мы, например, зафрахтовали целый самолет для полета в Египет. Я сильно попал на этом самолете — потерял $50,000, огромные деньги. Делал массу ошибок, но выездные турниры шли, мы хорошо их пиарили, было весело. В 2010 году со мной связался Merit – новое на тот момент казино на Северном Кипре. Я начал с ними работать. Это сотрудничество очень помогло и мне, и компании.

Илья: Мы об этом уже несколько раз говорили в частном порядке, но я и в этом интервью хочу отметить твою уникальную способность формировать вокруг себя сильную команду. Думаю, во многом из-за этого ты не только выжил, но и преуспел. Многие из тех, с кем ты начинал 15-20 лет назад, по-прежнему рядом. Может, расскажешь немного о них?

Артур: Это все те ребята, которые остались после того, как в 2009-м почти всех пришлось уволить. Наш костяк — это Миша Кондратов, Сережа Петин, Маша Лаврентьева. Позже еще появились Вова Суворов, Лена Аверина, Яна Капица.

Сергей Петин здесь в Сочи, сейчас через стенку управляет всей текущей серией. Миша сейчас работает с нами дистанционно, живет на Кипре. Он занимается другими проектами компании.

Особая любовь у меня с Машей Лаврентьевой; я ее обожаю, считаю суперпрофессионалом. У меня не очень с цифрами, год не вспомню, но мы познакомились, когда она работала на Championat.com, и приехала как журналистка на серию в Киев. Могу ошибаться. Потом мы встретились в кафе на Тверской. Я спросил, что она делает, она сказала: «Я журналист, закончила МГУ, журфак, в покере не особо разбираюсь». Я говорю: «Давай к нам, у нас классная команда, мы тебя всему научим». Для меня важны человеческие качества, а остальному научим. Она мне очень понравилась, и вот с тех пор она с нами. Может, не с 2006 года, но настолько давно, что кажется, будто всегда была.

Илья: За 20 лет меняются места работы, проекты. Есть ли вещи, которые ты не готов менять ни при каких обстоятельствах, которые для тебя принципиальны и без которых работа была бы невозможна?

Артур: Можно сказать банально — команда, репутация. Это самое важное. Любой бизнес строится на репутации, не только покерный. Команда для меня как семья – мне важна судьба каждого сотрудника, особенно из ближайшего окружения. Я многое знаю про Серегу, Мишу, Машу, переживаю за них, мы обсуждаем их и наше общее будущее.

Мне нравится то, что я делаю, я на своем месте. Люблю покер, людей, команду. Не хочется изрекать банальности, но это база. Командой и репутацией я не готов пожертвовать ни при каких обстоятельствах.

Илья: У тебя были разные партнеры, особенно после того, как ты начал руководить покерным клубом в «Казино Сочи». С кем из международных компаний было комфортно работать, а с кем трудно? И какая из серий в Сочи кажется тебе главным достижением или самым крутым событием?

Артур: Я всегда мечтал о проведении EPT в России, когда-то мы планировали этап в Москве, но не получилось.

Илья: В 2009-м году мы вместе участвовали в переговорах, но потом все отменилось по юридическим причинам, и этап перенесли в Киев.

Артур: Да, это была моя давняя мечта. Но по факту самой сложной оказалась именно работа с PokerStars по проведению EPT в Сочи — в этой компании скрупулезно относятся к мельчайшим деталям, каждый шаг прописан и контролируется. С ними работать было очень сложно. Но эта сложность стала для нас настоящей школой. После того, как в сочи прошло EPT, мы стали сильнее. Остальные серии уже щелкали как орешки. Когда мы упоминали их требования при подготовке следующих серий, другие партнеры говорили: «Вы что, не парьтесь, все нормально». Когда проходит EPT, учитывается абсолютно все – оборудование пересчитывается, складывается, проверяется, фотографируется; акты складываются в шкафчики, шкафчики закрываются, переносится на склады.

Только договор между PokerStars и «Казино Сочи» был такой толщины, что юристы буквально с ума сходили.

С Робом Йонгом из PartyPoker было по-другому: когда мы готовили первый совместный турнир, он настаивал на том, чтобы поставить сумасшедшую гарантию, хотя мы по-партнерски уговаривали – давай поменьше. Но он был уверен: «Я гарантирую, это мои деньги». Мы не хотели, чтобы человек приехал и сразу попадал на большие деньги. Наша задача была уговорить его уменьшить гарантию. Роб – яркий персонаж, он много нам дал – и партнеров, и игроков, и серии привез, помог связаться с организаторами серии Triton. Triton — это всегда тяжелые, избалованные игроки; их не так много, но они супертяжелые. Фил Айви тогда приехал и многие других. Но мы эти задачи уже щелкали легко.

Илья: У меня как раз два вопроса про звёзд. Правда ли, что в 2008 году, когда в Завидово проходил чемпионат России, туда прилетел Патрик Антониус, но ему не понравилось поле для гольфа, и он улетел, не став играть? И помнишь ли самое экзотическое или дикое пожелание кого-то из VIP-гостей?

Артур: Про Патрика Антониуса в Завидово не помню. Если бы он прилетел, точно бы остался, я бы его обязательно удержал. Ни одна звезда еще от меня не уходила! Экзотические требования игроков? Да нет, все в пределах нормы. Не могу сказать, что Фил Айви требовал что-то особенное или Майкл Мизрахи.

Что им вообще надо? Покер, отличная погода, свежий воздух, караоке, много красивых девушек. Фил Айви вообще уезжать не хотел. Помнишь, хайроллерская серия у нас проходила, когда ковид начался?

Илья: Да.

Артур: Айви так и сказал: «Я здесь остаюсь, не хочу никуда уезжать». К сожалению, всех выгоняли из страны, и ему пришлось эвакуироваться.

Илья: В шахматах была похожая история: турнир в Екатеринбурге прервали из-за ковида, но один журналист остался. Из-за девушки, конечно. Если бы вы успели подобрать Филу Айви спутницу, он бы тоже остался...

Артур: Мне кажется, у нас все находят, и он в том числе.

Илья: Любопытный вопрос, который, мне кажется, редко задают. Директор большого покерного клуба, покерный организатор, в прошлом турнирный директор. В чем суть этой работы? Как проходит твой рабочий день?

Артур: Я раньше был дилером, менеджером, потом турнирным директором. Ездил на международные встречи, изучал правила, копался в них, что-то менял, придумывал.

Илья: В Вегасе каждый год проходят встречи турнирных директоров. Кажется, ты каждый раз на них был единственным представителем России.

Артур: Я продолжаю ездить, мне интересно. В этом году не поехал, но все равно раз в два года летаю, мне нравится общаться с Мэттом Саважем и другими коллегами. Покерные правила мне по-прежнему интересны.

Когда я был турнирным директором, мне очень нравилось чувствовать себя главным турнирным директором страны. Сейчас у меня другая роль. Турнирный директор у нас Серега Петин; ему нравится; представительный, красивый. Для меня лучшим турнирным директором всегда был Томас Кремзер — статный, фанат покера.

Новость

Заведующий всем

Читать

Всемирно известный турнирный директор Томас Кремзер дал эксклюзивное интервью GipsyTeam – о русских игроках, нюансах работы, European Poker Tour, начале карьеры и многом другом.

Читать

Жизнь турнирного директора стандартизирована – готовим серию, пишем расписание, структуры, серия стартует. Сергей управляет менеджерами, залами, занимается всем, расписывает призы.

У меня сейчас другая роль: нужно, чтобы все работало даже во время серий. Много внутренних дел. Моя задача, чтобы людям было ощущение комфорта, безопасности, чистоты; чтобы дилеры были профессиональные, менеджеры, турнирный директор с микрофоном; служба безопасности радушно встречала на входе. И реклама, интервью, рилсы — все глобально.

Илья: Последний вопрос про твою работу в Сочи. Poker Club Management был создан, чтобы ты мог работать на самого себя. Долгое время ты был сам себе хозяин. А сейчас работаешь в непосредственном взаимодействии с «Казино Сочи», у которого свои правила и ограничения. Насколько легко было перестроиться?

Артур: Я легко вписываюсь. Когда у тебя компания, ты ей управляешь, последнее слово и риски на тебе — это одна история, один мир. Сейчас я внутри большой компании, большого холдинга. «Казино Сочи» — я в системе, в холдинге. Являясь официальным сотрудником, меня это не задевает, мне нравится команда. По иерархии есть люди, перед которыми я отчитываюсь. Я управляю покером, есть человек, который управляет казино, есть директор казино, который подчиняется директору игорной зоны Красной Поляны. Целая цепочка. Это интересно.

Мне нравится работать в системе, потому что это возможность узнать что-то новое. В «Шторме» я многому научился, но далеко не всему – дилеров далеко не до всего допускали. Работая десять лет в Сочи, я прошел очень интересную школу. Научился тому, что было бы тяжело освоить, оставаясь исключительно собственником.

У меня появились базовые представления о том, как управлять огромной компанией: документы, процедуры, все по-белому. В PCM за мной всегда последнее слово, но и все риски на мне. А в большой компании сначала тяжело привыкнуть, потому что можно пойти простым путем, но нет — все по закону. Но мне комфортно, десять лет работаю в кайф. У меня и мысли не было, что отчитываться неприятно. Если я делаю свою работу хорошо, если мне дают ее делать…. Надо общаться на равных даже с теми, у кого статус выше.

Мы умеем привлекать людей; можем организовать правильный, честный, крутой, профессиональный покер. Десять лет цифры идут вверх — значит, мы делаем все правильно.

Илья: Наш бизнес изначально «из 90-х»: все на глазок, по чуйке, как с твоим самолетом в Египет. Сейчас в GipsyTeam есть менеджеры с KPI, бизнес-планами, презентациями, моделями. Ты к этому тоже пришел или все еще веришь в бизнес по старинке? Сумел перестроиться под современные реалии?

Артур: Когда компания маленькая, можно управлять на глазок, договориться по понятиям. Когда у тебя 5, 6, 10 человек, можно любить, обнимать, знать про них все. А когда команда больше 100 или 1000 человек, семейный стиль не годится. Тут уже нужны KPI, бонусы, должностные инструкции. Я перестраиваюсь. У нашего костяка, нашей базы этого не появилось, мы пока по старинке. Но все, что вне костяка, — там это уже появилось. Я занимаюсь не только покерным клубом в Сочи, у меня примерно десять разных бизнесов, где я совладелец или владелец. Чтобы понимать, что происходит, и все работало, приходится внедрять современные методы управления, контроля и учета. Появилось понятие бизнес-плана, EBITDA, чистой прибыли, маржинальности. Раньше этого не было: «самолет купим, люди полетят — не полетели, ну ладно, минус». Сейчас открываешь бизнес — считаешь бизнес-план.

Илья: Как раз хотел спросить про другие проекты. Несмотря на «сложную международную обстановку», у тебя явно есть амбиции выйти на международный рынок через турниры EAPT. Со стороны кажется, что тут не все идет так же гладко, как в Красной Поляне. Согласен ли ты? В чем основные сложности? Есть ли разница между турниром в Сочи и, например, в Грузии или Барселоне? Не ослабли ли международные амбиции?

Артур: Нет. Для меня любая ситуация — просто ситуация. Я принимаю решения с учетом тех обстоятельств, в которых мы живем. Я не отказался от захвата мира. Хочу пригласить весь мир в покерный клуб «Казино Сочи» и сделать его главной покерной локацией в нашем регионе.

При этом мне нравится делать международные серии, нравится работать не только у себя дома, но и быть заметным по всему миру. Хочу, чтобы серия EAPT жила. Получится захватить мир — классно. Не получится — я и моя команда получим сумасшедший опыт и познакомимся с большим количеством людей. Мы уже побывали во многих странах. Мне нравится, команде нравится. Люди, которые редко куда-то ездят, ждут возможности поехать в Прагу, Барселону, Румынию, Милан. Деньги не всегда удаётся заработать, но это в данном случае не самое главное.

Илья: Какая твоя любимая локация за рубежом, где тебе нравится проводить мероприятия?

Артур: Я очень люблю Северный Кипр. Он мне стал родным: там живут мама, сестры, племянники. Люблю море, там прекрасный сервис. Но каждый город интересен по-своему. Я люблю путешествовать, и мы все любим. Барселона, Багамы или Алтай — всегда найдешь что-то новое, интересное. Приезжаем на Алтай — Монголия рядом, кто-то к шаманам едет.

Илья: Когда появилась игорная зона на Алтае, все с придыханием говорили про мараловые ванны – мол, для потенции бесценны. В покерных мужских компаниях были такие разговоры…

Артур: Это крутая тема. Я всегда, когда прилетаю на Алтай, посещаю мараловые ванны. Это не просто потенция, иммунитет становится мощным. После семи процедур по десять минут в коричневой вонючей ванне, я год не болею. В Москве межсезонье или зима — всегда простуда, горло. Посидел в ванной — целый год здоров. Считаю, что работает. Потенция? У меня трое детей, останавливаться не собираюсь.

Илья: Все хвалят, а я так и не доехал. А Калининградом тоже теперь вы управляете?

Артур: Нет. В Калининграде два казино – «Собрание» и «Шамбала». «Собрание» — отдельный бизнес, отдельные ребята. Клубом управляет Алексей Ли, мой бывший сотрудник. Сергей Петин всегда говорит: «Я его учил всему». Алексей занимался клубом в Митино, когда была Федерация спортивного покера. Потом хотел в Сочи, но не срослось, и он уехал в Калининград, отлично там работает. Покер в Калининграде развивается, серии проходят. Мы там тоже организовывали свои серии, сейчас пока нет; ждем, когда ситуация улучшится, будем проводить снова.

Илья: Но Алтаем PCM управляет?

Артур: Нет, Алтай — отдельный бизнес, отдельное казино, свой покерный клуб. У них не так много игры, как в Сочи. У нас и вне серий по 8–12 столов каждый день: в выходные больше, в будни меньше. Но туда мы тоже приезжаем, проводим серии. В начале сентября, с 4-го по 13-е, проходит Russian Poker Cup — это большой чемпионат, который мы организуем по всей России. Этапы во Владивостоке, Калининграде, Сочи, на Алтае. В Сочи не ставим гарантии, в других местах ставим. Два раза в год проводим такие серии. Пора и тебе приехать 🙂

Илья: Пока, к сожалению, не получится, но буду иметь в виду. Давай вернемся к вашему юбилею и мероприятиям к этой дате. Самое впечатляющее — в сентябре турнир по 22 тысячи рублей с гарантией 20 миллионов. Скажи честно, когда ты подписывал согласие, чувствовал себя Робом Йонгом?

Артур: Периодически моя команда — Сережа, Миша — сравнивают меня с Робом. Когда я говорю: «Все, делаем вот это», они всегда вспоминают: «Роб всегда хотел чего-то сумасшедшего, а ты его уговаривал сохранить твои деньги. А теперь ты сам стал как Роб». Есть такое. Но надо рисковать.

Сейчас отличный повод — у меня в личной жизни цифры 30–20–10. Скоро 30 лет в покерном бизнесе, 20 лет компании и 10 лет в покерном клубе Сочи — это мой главный любимый проект. В сентябре делаем серию в честь 20-летия, поставили 20 миллионов гарантии. Риски есть, сентябрь – непростой месяц. Попадем — отлично, подарок всем, у нас день рождения — вам подарок. Не попадем — успешный кейс, цифры можно использовать для маркетинга. Мы всегда что-то пробуем.

Бай-ин 22 тысячи, гарантия 20 миллионов. Рискованно, но мне нравится; считаю, что гарантия должна сработать. Если даже на 10% попадем, значит цифра была правильная. Интересный турнир, всех приглашаем, будет круто.

Илья: Еще одно мероприятие связано больше с десятилетием клуба Сочи, чем с 20-летием PCM. Вот туда ты не всех приглашаешь — турнир с гарантией 10 миллионов, но играть могут только те, кто в казино Сочи что-то выигрывал, верно?

Артур: Да, это турнир чемпионов. Проведем в январе, нам как раз будет 10 лет. Мы полгода будем проводить особые мероприятия, посвященные двадцатилетию PCM и десятилетию казино и покерного клуба Сочи. В январе день рождения казино и покерного клуба Сочи, и мы начнем традиционную серию с турнира чемпионов с гарантией 10 миллионов, вход бесплатный. Участвовать могут только победители любых наших турниров. Ты у нас что-нибудь выигрывал?

Илья: Нет, мне кажется, я в деньги в Сочи попал только в турнире по $5K с гарантией 5 миллионов долларов, где было 999 участников. Покойный Майк Секстон тогда вышел и сказал: «Все, мы не стали добивать», и объявил о закрытии регистрации. Но мне очень нравится Красная Поляна, всегда с удовольствием приезжаю, хотя последние два года не удаётся попасть к вам.

Артур: Я считаю, что Красная Поляна — лучшее место в России. Живу здесь уже много лет.

Илья: Причем несмотря на все сложности, становится все лучше и лучше. Кормили и так хорошо, стали еще лучше. И раньше было, чем заняться, но в 2024-м, когда я последний раз приезжал, было просто супер: боулинг, картинг, все отлично. Сочи – единственное место на земле, где я даже в баню хожу.

Артур: Здесь культ бани. Я переехал в другой дом, уже сделал себе баню с красивым видом.

Дети, к сожалению, пока продолжают учиться в Москве. Но внизу, в Сириусе, уже открывается все больше учебных заведений. Планы грандиозные – школа, университет. Думаю, через 3–5 лет будет что-то очень крутое. Медицинские учреждения качественные тоже уже открылись. Раньше было две проблемы — образование и медицина, приходилось летать в Москву или ездить в Краснодар. Сейчас все это уже решено.

Илья: Ты всегда уделял внимание личному бренду, причем понял важность этого понятия, мне кажется, еще до того как такой термин появился. Какие у тебя сегодня амбиции как у Артура Восканяна в покере и лично?

Артур: Амбиции есть. Я точно хочу оставаться в покере, здесь я на своем месте. По-прежнему стремлюсь к захвату мира. Если не стремиться к большему, непонятно, зачем вообще чем-то заниматься. Хочу сделать главный покерный клуб в мире, пока согласен на лучший в Европе.

Илья: Мне интересно в личном плане. Ты организовывал в Сочи самые крутые турниры, потом началась война, нас везде отменили и забанили, и ты вынужден снова проводить мероприятия только для российских игроков. У тебя не было ощущения, что ты спустился по лимитам? Как ты это воспринял в 2022-м году?

Артур: У меня есть способность к любой ситуации относиться просто как к проблеме, решение которой надо найти. Когда начался этот кошмар, я постарался не уйти в тильт. Да, мы шли вверх по лимитам – EPT, Triton, гарантии росли, участников со всего мира становилось больше. Мне нравилось, я шел к своей цели — сделать покерный клуб номер один в регионе и Европе.

И тут все рухнуло. Я понимаю, что мы неизбежно откатимся, станем меньше. Что делать? Уезжать из страны, искать другое место или пробовать здесь? Мне интереснее остаться. Я полюбил Поляну, не хочу уезжать отсюда. Казино нравится, команда, руководство, владельцы — мои друзья. Я не могу все это бросить, у меня есть обязательства. Убежать в такое время — это противоречит моим принципам. Значит остаюсь. Дальше решение – как сделать так, чтобы людей стало больше? В стране 140 миллионов человек, надо научить больше людей играть в покер. Где копать? Надо, чтобы девушки начали играть больше. Сейчас у нас играет 3–5% девушек.

Илья: В главном турнире Мировой серии в этом году рекорд – наивысший процент женщин за все время.

Артур: Сколько?

Илья: 431 женщина играла из примерно 9 тысяч участников.

Артур: У нас было еще меньше. Начинаешь искать варианты – как сделать так, чтобы девушек стало больше, чтобы молодежь начала играть. Главное — сделать по совести, честно, интересно, чтобы ты сам себе мог сказать: «Молодец, классное решение». Мне нравится так относиться к жизни, делать свою историю, собирать свой кубик рубик.

Илья: Очевидно, что у тебя превалирует не финансовая мотивация, денег ты уже достаточно заработал. Тем не менее, ты, как я знаю, каждый день ходишь на работу, ты постоянно в казино.

Артур: Я тут на своем месте. Люблю покер, считаю, что отвечаю за всю индустрию. В моей голове это так. Думаю, уйду — придет другой человек, будет делать что-то не то, испортит. Начнут дилеров оскорблять. Не хочу этого. Хочу нормальную, интеллигентную игру, чтобы люди уважали друг друга. Отвечаю за игроков – стремлюсь, чтобы люди не заигрывались, не лудоманили, не проигрывали последнее. Это наша философия.

Илья: Если бы наше интервью выходило в желтой прессе, заголовок был бы: «Артур Восканян: Незаменимых нет. Кроме меня».

Артур: Наверное (смеется). На самом деле, в нашей команде все сильные. Я успеваю ездить по миру, все и без меня работает. Если возвращаться к вопросу о мотивации… Хочу проводить серии, о которых бы знал весь мир; хочу, чтобы наших менеджеров знали, чтобы приезжали суперзвезды. Если бы не видел потенциал, ушел бы в другой бизнес, но я вижу, как и куда копать.

Клубы спортивного покера – это настоящий «белый лебедь» для нас. По всей стране обучают покеру, и я ничего для этого не делаю. Представляешь, сколько людей научится, перерастут эти турниры и приедут к нам.

Помню, мы с тобой ещё это обсуждали и изначально со скепсисом относились. Я даже не подозревал, что в покер можно играть и ничего не выигрывать. Сейчас уже понятно, что мы оба заблуждались.

Илья: Наш разговор близится к концу, но куда без щепотки философии в беседе двух 48-летних мужчин. Что бы ты сказал тому Артуру, который в 2006 году создавал Poker Club Management?

Артур: Я бы сказал: делай, не бойся, иди вперед, все получится. Каждый поворот будет верным. Будет много решений – туда пойти или сюда, с этим работать или с тем, ехать в Сочи или нет – делай, что считаешь нужным в моменте.

Илья: Ты не жалеешь ни об одном решении? Или есть что-то, от чего бы сейчас отказался?

Артур: Нет, я ни о чем не жалею. Вспоминаю детство, когда я жил в Долгопрудном и немало хулиганил, вот про те поступки порой думаю: «Черт, зачем я это сделал?» Но во взрослой жизни — нет. У меня интересный путь. И это только начало.

Я говорю ребятам: мы 20 лет разминались и набирались опыта, дальше — больше. Ошибки будут, сложности будут, но это же и интересно. У меня философия: все проблемы, что не связаны с моими детьми и близкими, — хрень полная. Просто ситуация, которую ты решаешь. Главное, чтобы близкие были живы и здоровы. Если расстраиваюсь из-за чего-то, начинаю вспоминать важное: это, это, это — хорошо, а остальное неважно. И поехали дальше.

Илья: Всегда так было, или это приобретенное?

Артур: Приобретенное. Я много читал, у кого-то спрашивал.

Илья: У психолога ни разу не был?

Артур: Нет, ни разу, но я ничего против этого не имею. Мне просто кажется, я сам уже как психолог часто выступаю.

Илья: О, да. Это мне знакомо. У меня тоже постоянно функционирует «кабинет психологической помощи Ильи Городецкого». Мне кажется, у тебя такой же есть в Сочи.

Артур: И не только в Сочи. После наших еженедельных собраний и созвонов с командой мои ребята обычно говорят: «Артур, послушали тебя, и все хорошо, хочется дальше работать». В нынешние времена на них часто буквально валятся плохие новости: одна, вторая, третья, неизбежно появляются мысли: «Ну все, конец». Приходят на собрание, а я говорю: «Ребята, поехали, собираемся и двигаемся вперед. Вы все знаете, все умеете». Я думаю, что мы с тобой еще через 20 лет поговорим, будем вспоминать, можем каждые 10 лет обсуждать прошедшие десяточки.

Илья: Можно устроить. Сын меня сегодня спрашивает: «Пап, когда обедать пойдем?» Я говорю: «У меня интервью с Артуром». А он: «А да, знаю его, он уже брал у тебя интервью, как-то называлось “Жизнь как покер” или что-то типа того». Было такое, лет 10 назад, а сегодня мы поменялись ролями. Я помню, ты целый подкаст делал.

Артур: Да, ты знаешь, я жалею, что не продолжаю. Возможно, буду делать, просто пока не успеваю. Мне нравится общаться. Мы многих знаем, со многими знаменитостями и звездами можем общаться на равных. Это классная тема, где ты и с молодыми общаешься, и можешь позвать тех, кого многие уже не помнят. Я говорю: «Видели, Кострицын браслет выиграл на WSOP?». А мне отвечают: «Кто это?». А мы с тобой помним еще, когда он начинал…

Илья: У нас был с Джипси проект «Байки из покерного склепа». Если бы я чаще бывал в Сочи, могли бы с тобой делать альтернативный – «Байки из покерного клуба»... Сегодня тоже классно поговорили, спасибо!

Артур: И тебе спасибо, приезжайте в Сочи – в сентябре, в январе, не важно когда, мы всегда всех ждём!