– Тебе всего 31 год, а ты играешь самые дорогие турниры и кэш-игры, сражаешься в хедз-апах со всеми сильнейшими. Как ты поднялся на эти лимиты?
– Мне хорошо заходило в определенный момент карьеры. Пару раз доехал в турнирах, это прилично бустануло мой банкролл. После этого появилась возможность играть со всеми сильнейшими и не переживать о деньгах. Сначала чувствовал себя немного некомфортно, но быстро привык. Матчи были очень напряженные и веселые.
– Помнишь самый сложный период в карьере?
– Наверное, в 2021-м, когда я еще играл 6-максы. Около года штурмовал $10/$20 и после неудачных попыток возвращался на $5/$10. Не уделял должного внимания селекту, из-за чего и возникли основные проблемы. Зато стал намного лучше играть. Потом благодаря крупному заносу в MTT в 2021-м я сразу перепрыгнул через несколько лимитов и начал играть $50/$100 и выше.
6-максы мне нравились, но в какой-то момент игра там стала слишком однообразной, если так можно сказать. Мне стало скучно, и в конце 2022 года я переключился на хедз-апы. Этот формат подошел мне идеально – динамика, куча экшена, постоянный трешток. Вообще мне интересны все форматы, стараюсь балансировать – играю и хедз-апы, и турниры, и иногда 6-макс.
– Расскажи про трэшток. Я знаю, что в офлайне ты любишь поговорить, но обычно это дружелюбная и веселая болтовня. А как это выглядит в онлайне?
– Когда я только перешел в хедз-апы, у меня был памятный эпизод со знаменитым Стефаном Бураковым. Я не уверен, но кажется, у него биполярное расстройство или что-то такое. Во время матчей он безостановочно спамил мне в Скайп: «Норвежская крыса, совсем не умеешь играть, я тебя уничтожу». В трэштоке ему не было равных. В игре он тоже выделялся своим уникальным стилем, никого не боялся. Не знаю, как у него сейчас дела, слышал о каких-то неприятностях в личной жизни. Мы с ним играли по 16 часов подряд на двух-трех столах, постоянно обменивались репликами в чате, было весело.
– Согласен, что в покере пик удовольствия – это, когда ты 12 часов подряд играешь с одним соперником и обыгрываешь его?
– Возможно, пару лет назад я бы согласился, но сейчас я быстро устаю, не могу играть дольше пяти часов. Возможно, дело не только в возрасте, но и в недостатке мотивации. У меня появились другие интересы. Но, в целом, я, конечно, согласен, ничто не сравнится с чувством, которое испытываешь, когда ловишь моментум во время напряженного хедз-апа. Но это работает и в обратную сторону. Ничто так не замазывает, как хедз-ап. Ты проигрываешь раздачу за раздачей, только и думаешь, как бы отыграться, но играешь хуже самого слабого любителя и ничего не можешь с этим поделать. Думаю, это испытывали даже сильнейшие. Никакой другой формат так не влияет на мозг.
– Полностью согласен. Я однажды пришел в ресторан с отцом. До этого почти сутки играл хедз-ап и во время заказа думал про себя: «Главное, не дать понять официанту, чего я на самом деле хочу». Но быстро одернул себя и напомнил, что это реальная жизнь, и тут не нужно блефовать.
– Отлично тебя понимаю. Ты как будто проваливаешься в параллельную реальность. Последние пару лет я строго придерживаюсь правила – не играть перед сном. Из-за этого я часто упускаю хороший экшен, потому что живу в Европе, а игра часто собирается ночью.
– С кем из сильнейших ты играл хедз-апы?
– Практически со всеми – Линус, AsianFlushie, Buttonclickr, Trueteller. Назови любого регуляра хедз-апа, и я с ним играл. Единственное исключение – Berri Sweet, этого парня я всегда избегал.
– Как обыграть Линуса?
– Он играет хедз-апы уже 10 лет, на техническом уровне с ним никто не сравнится, поэтому в этом аспекте с ним конкурировать бесполезно. Но это покер, тут чаще выигрывает не тот, кто лучше знает GTO, а тот, кто лучше адаптируются. В матчах с Линусом я стараюсь искать перевес в подобных подстройках и пользуюсь его представлениями о моей игре.
– Какие качества позволяют тебе успешно подстраиваться в играх с топами?
– Я не боюсь выглядеть глупо. Играю так, как считаю правильным, часто доверяю своей интуиции и плевать на то, что об этом подумают другие. Техническая подготовка у меня тоже есть, но главное преимущество – я отлично чувствую игру и замечаю малейшие изменения в стратегии соперников. Знаю множество примеров, когда игроки отлично понимают теорию, но не умеют применять свои знания на практике. Это один из важнейших скиллов и один самых больших ликов. Какой смысл от твоих знаний, если ты не понимаешь, что с ними делать за столом?
– Когда ты познакомился с солверами?
– Очень давно, еще во времена гринда Zoom500. Но тогда я вслепую копировал решения, что негативно отражалось на винрейте. Быстро закончил эти эксперименты и стал больше внимания уделять тому, зачем и почему солвер что-то делает. Дела сразу наладились, придерживаюсь такого подхода до сих пор. Единственная улица, где допустимо копировать солвер – это префлоп, дальше так уже не получится.
Мне нравится работать в софте, солверы помогли многим сильным игрокам, мне в том числе. Но многие пользуются ими неправильно и наносят вред собственной игре. Есть немало обратных примеров, когда игроки вообще не занимаются в солверах, но стабильно наживают. Самый яркий пример – Брин Кенни. Думаю, он один из лучших в эксплойте. Не удивлюсь, если он вообще никогда не работал в софте, при этом в его игре немало солверных линий. Он постоянно играет с лучшими игроками, наблюдает за их действиями и что-то заимствует для своего арсенала.
– Ты когда-нибудь тильтуешь?
– Кончено. В начале карьеры это была огромная проблема, сейчас я научился справляться, но только не в PLO-5. Это самая сложная игра для ментального здоровья. Ничто даже близко не сравнится. Можно два часа играть без ошибок и проиграть 20 бай-инов, просто такая игра.
– Я не очень хорошо знаком с элитой кэш-игр. Поделись своими впечатлениями о сильнейших регулярах. Что думаешь о Бараке Висброде?
– У него огромный опыт игры на самых высоких лимитах онлайна. Очень трудолюбивый и дисциплинированный, а это неубиваемая комбинация. Обожает покер, что тоже важно.
– Деян Каладжурджевич.
– С ним мы играли не так много. Я не одобряю его стиль игры, но результаты говорят сами за себя. Очень умный игрок, а он ведь еще очень молод.
– DavyJones.
– По мне так однозначно сильнейший 6-макс игрок в мире. Мы пересекались в чемпионате по кэшу, он играет просто на ином уровне, недоступном другим игрокам. Вгрызается в каждый банк, безжалостен к соперникам. Играет безошибочно технически, и отлично понимает эксплойты. У него впечатляющая карьера, он лет пять играл $5/$10, а потом за полгода взлетел сразу на $100/$200. Один из самых уважаемых игроков в онлайне.
– Маркус Лейконен.
– С ним я не очень хорошо знаком. Один из ближайших друзей Линуса, это многое объясняет. Слышал, что он тоже очень трудолюбивый. Добился успеха в хедз-апе, 6-максе и PLO. Но к успеху пришел не сразу, в его карьере было много взлетов и падений. В последнее время почти не играет. Выиграл кучу денег и сейчас сосредоточился на паделе.
– Оуэн Мессере.
– Из всех перечисленных поставил бы его в конец списка. Без негатива, он тоже очень сильный игрок, но слабее самых топов. Он не так хорош, как сам про себя думает. Но я его уважаю за то, что он всегда готов ответить за свои слова деньгами.
– Мы уже упоминали, что ты любишь поболтать за столом, легко находишь общий язык с любителями. А у замкнутых игроков есть шансы добиться успеха в офлайне?
– Думаю, очень мало, если они хотят попасть в закрытые игры. Но я болтаю не для того, чтобы кого-то развлечь или произвести впечатление. Для меня это естественный процесс и приносит мне удовольствие. На хайстейкс очень много игроков, с которыми просто интересно болтать. Турниры, особенно первые дни, бывают очень скучными, а веселая обстановка за столом помогает мне сохранить мотивацию.
– Кто больше всего тебя удивил во время хедз-апа?
– Руй Као. Он придерживается подхода: «Эй, идиот, пошли играть прямо сейчас. Мне скучно». В среднем тратит на каждое действие две секунды. Я сам люблю быструю игру, но он даже меня удивил. Сначала я его серьезно недооценил, что достаточно болезненно сказалось на моем банкролле. Я садился играть с мыслью: «Этот парень был регом тысячу лет назад, никаких проблем с ним не будет». В итоге он эксплойтил меня так, как никто прежде и выиграл 30 бай-инов за 10 дней. Причем нельзя сказать, что ему хорошо заходило, он просто меня уничтожил.
– Ты часто играешь в закрытых играх, там много дополнительных игр – баунти за 7-2, игра в кальмара и так далее. Ты в этом всем силен?
– Не особо. Вообще за всю карьеру я в минусе в закрытых играх. Сначала слишком сильно напрягался, боялся, что меня больше не позовут, поэтому играл слишком много рук. Потом понял, что на мою игру всем плевать; гораздо важнее, как я себя веду, и раз меня продолжают приглашать, значит я по каким-то причинам им интересен. Главное быть самим собой и ничего из себя не строить. Я люблю пошутить за столом, бизнесменам это нравится, так и надо себя вести.
– Помню свои первые впечатления после игры с тобой: «Этот парень постоянно блефует и вообще не понимает, как контролировать свои частоты». У меня была очень простая стратегия против тебя – никогда не рейзить и с любым блефкетчером играть колл, колл, колл. Сейчас уже сложно сказать, правильные ли я сделал выводы или поспешил, потому что дистанция была маленькая.
– Еще во времена Zoom500 я всегда наживал по красной линии, а синяя шла строго вниз. Я был уверен, что такой стиль будет отлично работать в турнирах. Знаешь стереотип о кэш-игроках, что, по их мнению, турнирные игроки вообще не умеют играть. Вот я как раз был из таких. И эта недооценка была серьезным ликом, повезло, что меня быстро вернули на землю.
– Как думаешь, откуда взялся этот стереотип?
– Сам не понимаю, нет совершенно никаких причин так думать. В турнирах всегда было много очень сильных игроков.
– Если бы я попросил тебя составить список из 10 игроков с самым высоким ROI в главном турнире Triton, насколько точным бы он получился? И возможно ли такое, что ты считаешь, что человек играет в минус, а на самом деле он входит в топ-10?
– Хотелось бы верить, что я верно назову половину, но в действительности, наверное, всего 2-3 человек. Вторая часть вопроса – такое очень маловероятно, так сильно ошибиться довольно сложно. Но в MTT много предвзятости. Если мы попросим Алексея Понякова и Хуана Пардо назвать сильнейших, мы получим два совершенно разных списка.
– Я слышал, что они заключили какой-то кросс-бук, что-нибудь слышал об этом?
– Да, это правда. Сам я не буду называть, кого считаю фаворитом, но такие пари мне очень нравятся. Как я уже говорил, уважаю людей, которые готовы отвечать деньгами за свои слова.
– Я бы оценил вероятность того, что игрок, которого я считаю минусовым, входит в топ-10, процентов в 15.
– Это слишком много. Мне кажется, близко к нулю. Профессионалы достаточно легко определяют такие вещи.
– Можно смоделировать ситуацию. Например, в условном Чеджу есть какой-то местный рег, который отлично знает местное поле. А мы его не знаем и можем принять за любителя.
– Забавно, что ты привел такой пример. Меня самого часто принимают за любителя.
– Ты же играл один из турниров по приглашениям со стороны бизнесменов.
– Да, но это было еще во времена, когда я пытался всех бездумно заблефовывать. На последней серии на Багамах мы долго играли за одним столом с Негреану, и вдруг он спросил: «Так ты ВИП или рег?» Не знаю, дело было в моем поведении или ему показалось, что я так ужасно играю.
Кстати, я не очень понимаю насмешки над организаторами Triton, что они неправильно разделяют игроков на регов и бизнесменов. Эта серия, в целом, настолько круто организована, что на такие мелкие недостатки можно закрыть глаза. А сделать так, чтобы довольны были все, все равно невозможно.
– Для меня этот турнир по приглашениям – один из самых желанных, но при этом я принципиально против подобных ограничений. Возможно, кто-то увидит в этом лицемерие. Я в них участвовал, и мне даже не приходилось ради этого слишком сильно унижаться перед любителями. Но у многих сильных игроков вообще нет шансов в них попасть.
– Я тебя прекрасно понимаю, вокруг этих турниров постоянно возникают споры. Но я не вижу ничего плохого в том, чтобы на серии был один подобный турнир. И прекрасно осознаю, что меня тоже могут не позвать. Не повезло, сыграю в другой раз. Но бизнесменам эти турниры нравятся, многие приезжают на серию исключительно ради них, и мы должны это учитывать. А если они останутся, чтобы сыграть мейн, будет совсем замечательно.
– Мне не нравится, что определяющий фактор участия – не кто ты сам, а твои знакомства.
– У меня был такой же подход, но потом я понял, что так устроен наш мир. Он далек от справедливости и совершенства. Я вообще спокойно отношусь к тому, что меня могут куда-то не позвать или запретить играть. Однажды я играл в закрытой игре и прилично проиграл. Но все равно было видно, что один из организаторов явно недоволен моим присутствием. После пары сессий меня вежливо спросили, не буду ли я возражать, если мое место отдадут другому. Без проблем. Потом меня снова туда позвали, но я уже не пошел. Мне очень важен комфорт, особенно, когда я разыгрываю большие деньги.
Супер интервью, спасибо
Как же без Стефана)