Эспен Йорстад: Первая мысль в Вегасе – зачем я вообще тратил время на работу в софте?

В первом интервью после победы новый чемпион мира рассказал о потере банкролла на рынке криптовалют, вспомнил безоблачное начало покерной карьеры и поделился ближайшими планами.

Победитель главного турнира Мировой серии Эспен Йорстад пришел к Мэтту Берки и его друзьям в подкаст Solve for Why. Компанию Эспену составил Генри Килбейн, с которым они проводят совместные стримы на канале Overbet Express.

Мэтт Берки: Ты давно и серьезно увлекаешься медитацией, тебе это как-то помогло во время знаменитой раздачи с 18-минутными раздумьями?

Эспен Йорстад: Думаю, помогло. В последнее время я практикую йогу-нидру. Это техника, в которой ты поочередно концентрируешься на разных частях тела и уходишь глубоко в себя, но не засыпаешь. Определенно, это помогло мне спокойно переждать его долгие раздумья.

Мэтт Берки: А если бы ты блефовал, смог бы также спокойно контролировать эмоции?

Эспен Йорстад: Хотелось бы в это верить. Вообще у меня был лишь один блефовый олл-ин – в раздаче с J7. Но ждать там не пришлось, соперник с двумя парами сделал быстрый колл.

Мэтт Берки: Насколько же хорошо тебе заходило, что за все 10 дней не было ни одной раздачи, в которой соперникам пришлось бы думать над твоим олл-ином.

Эспен Йорстад: Да, заходило неплохо. Хотя про один раз я приврал, был еще один крупный блеф в двух столах против Майкла Двека – SB в BB. Я залимпил c J7o, он прочекал. Открылся флоп , сыграли чек-чек. Уже не помню терн, но открылась идеальная карта для блефа – я блокировал все возможные стриты и поставил два банка. А на бланковом ривере запушил 3x овербетом.

Генри Килбейн: Познакомьтесь – новый чемпион мира, даже не помнит свои раздачи.

Мэтт Берки: В чате подсказывают, что у тебя были , а доска – .

Эспен Йорстад: Да точно. Чертов чат, вечно они все знают…

Мэтт Берки: И Майкл выбросил .

Эспен Йорстад: Все верно, но он очень долго думал. По-моему, тут просто невозможно заколлировать. Я бы сильно тильтанул, если бы он все-таки заплатил.

Мэтт Берки: Очевидно, он тебе не поверил.

Эспен Йорстад: Да, и был прав.

Мэтт Берки: Офлайн – слишком многослойная игра. Если любитель начинает разговаривать, я, скорее всего, сразу заколлирую, а против профессионала мгновенно выброшу. Рекреационные игроки начинают разговаривать от страха, а регуляры делают это, чтобы запутать соперника. Зачем вообще тратить время на математику, когда можно просто посмотреть на оппонента и сказать: «Прости, бро, но сейчас у тебя точно ничего нет».

Эспен Йорстад: Ты шутишь, но когда я играл первые турниры на Мировой серии, я спросил себя: «Зачем я вообще потратил столько времени на работу в софте?» Вы слышали, что в первый день мейна я выбросил королей? Ужасная раздача. Соперник был самым нитовым игроком в истории… Хотя забудьте, не хочу даже вспоминать об этом.

Мэтт Берки: Я знаю эту раздачу и могу рассказать. На флопе Эспен залидил и заколлировал рейз. На терне спарилась четверка, и соперник запушил. Но Эспен уже знал, что в любом случае выиграет, поэтому просто выбросил своих королей. А оппонент размашистым жестом бросил на стол свои . Это же топ-пара, очень сильная комбинация.

Эспен Йорстад: Первый день я закончил со стеком 18k, и перед вторым мы с друзьями поехали на барбекю, где все меня успокаивали – не переживай, это же мейн, тут все может произойти, еще раскрутишься.

Мэтт Берки: Хорошие у тебя друзья. А как ты сам настраивался на второй день с таким стеком?

Эспен Йорстад: Совершенно спокойно, это вполне рабочий стек в блайндах, даже оставалось пространство для маневра. Тем более, в первые дни почти все столы достаточно слабые.

Мэтт Берки: Ты настоящий робот – никаких эмоций, готов работать с тем, что есть.

Генри Килбейн: Эспен всегда был таким. И за это его полюбила аудитория на наших стримах. Я помню несколько турниров с шестизначным призами за первое место, в которых Эспен лидировал в топ-11, но вылетал на баббле финального стола. «Это же покер», — комментирует он свой вылет и спокойно возвращается к какому-нибудь турниру за $215 на ACR, где еще осталось 60 участников. «Ты совсем не расстроился?» – спрашивают зрители в чате. А Эспен всегда отвечает: «Мне и так очень повезло, что я прошёл так далеко». И уже на следующее утро как ни в чем не бывало запускает очередную сессию. А я до сих пор не могу простить рега, который четыре года назад обыграл меня в Wynn в банке размером в $4k.

Эспен Йорстад: Думаю, после победы в мейне я вообще не имею права жаловаться на бэдбиты.

Мелисса Шуберт: Возможно, ты уже исчерпал весь запас бэдбитов, когда прогорел с LUNA?

Мэтт Берки: Кстати, да, это же отличная история, расскажи подробнее.

Эспен Йорстад: Я начал заниматься криптой в 2017 году, но тогда это было мимолетным увлечением. Серьезно погрузился уже в 2020-м, закупился биткоином на $100-120k по $12k. После этого цена полетела вверх, я начал интересоваться другими монетами и практически все свободные средства переводил в крипту. Потом решил, что крипта отнимает очень много времени, а мне еще нужно заниматься покером, спортом и так далее. Подумал, что лучше доверюсь умным людям, которым доверяю. Начал слушать некоторые подкасты и советоваться с друзьями. Так и узнал про LUNA. Зашел в нее очень рано, вложил $50k при цене $6. На пике, когда LUNA стоила около $120, мой портфель составлял около $1.1 млн. Там была не только LUNA, но и другие монеты из этой же экосистемы. Я прекрасно понимал, что глупо держать 2/3 всех своих денег в одной криптовалюте. Но в то время я жил в Англии, и мне пришлось бы заплатить сотни тысяч налогов, если бы я начал закрывать свои позиции. Через 2-3 месяца у меня был запланирован переезд в Португалию, где налога на крипту нет. Решил подождать и поплатился за свою жадность. Обвал произошел сразу после EPT в Монте-Карло, где я сыграл несколько дорогих турниров и остался в минусе на $55k. Дальше у меня были большие планы на SCOOP и Мировую серию, где я тоже планировал играть все дорогие турниры. И вот SCOOP начался, прошла первая неделя, я играю дежурную сессию и получаю звонок от друга: «Ты видишь, что происходит с UST?» Я посмотрел, цена упала до $0.94, уже это было очень тревожно. А в следующие несколько часов стало понятно, что этот процесс уже не остановить. Но я даже не мог сократить потери, потому что почти все позиции были в стейкинг-проектах, из которых я не мог ничего вывести в течение 20 дней. Я никак не мог повлиять на ситуацию, оставалось только пойти в лобби искать Big за $109.

Мэтт Берки: Сколько ты вложил в эти проекты?

Эспен Йорстад: На пике у меня в крипте было $1.8 млн, из них $1.1 млн в Terra. Потом вся крипта начала падать, мой портфель упал до $1.6 млн, а после краха LUNA осталось $600k.

Мэтт Берки: В покер ты играл, с оглядкой на эти деньги или выделил отдельный банкролл?

Эспен Йорстад: Естественно, первое. Когда я регистрировался в турниры за $25k, я считал, что мой банкролл равен $1.8 млн.

Мэтт Берки: Наверняка в покерной карьере у тебя уже было нечто подобное, пусть и не в таких объемах?

Эспен Йорстад: На самом деле ничего такого не было, хотя я и играю в покер с 2004 года. Но в те времена мы даже не слышали о даунстриках. Я начал карьеру с $50 на Старзах, а следующий депозит сделал уже после «черной пятницы». До этого у меня не было ни одного минусового месяца. За 7 лет!

Мелисса Шуберт: Во что ты играл?

Эспен Йорстад: Начинал с SNG, потом немного играл турниры, но основной игрой был хедз-ап кэш. Приходил за столы, как к банкомату. В MTT вернулся 3-4 года назад. После «черной пятницы» долго играл кэш в небольших европейских румах с очень слабыми полями, где тоже почти не сталкивался с даунстриками.

Мелисса Шуберт: Разве на европейских сайтах бывают слабые поля?

Эспен Йорстад: Тогда так и было, да и сейчас не сказал бы, что там стало сложно выигрывать. Я играл NL200-400 и имел практически бездисперсионный доход. Лимитов дороже там нет, софт отвратительный, но это компенсируется уровнем игры. С первым серьезным даустнстриком я столкнулся несколько лет назад, когда уже играл MTT. Мой банкролл упал с $200k до $100k, но я был сам в этом виноват. Продолжал играть турниры за $5k, убеждал себя, что всегда смогу вернуться в кэш и восстановить банкролл. Жил я тогда в Эстонии, где все очень дешево, мои расходы на жизнь были минимальны.

Мэтт Берки: Сейчас у тебя есть $5 млн, какие теперь планы?

Эспен Йорстад: Пойду искать новую LUNA. Если серьезно, я и сейчас готов к рисковым инвестициям, но постараюсь их более тщательно обдумывать. Я не так молод, мне уже 34 года, но я совершенно не чувствую себя на этот возраст. У меня нет семьи, мне не нужно выплачивать ипотеку, я постоянно путешествую по миру и могу делать что угодно. Кроме меня никто не пострадает, если я опять потеряю почти весь банкролл. Но в мои планы это не входит, понимаю, что сейчас я рискую гораздо большим. Вообще я всегда мечтал играть турниры хайроллеров и хочу доказать, что мне это по силам. Но это не значит, что я начну грузить турниры по $200k полностью от себя. Меня уже приглашают в дорогие закрытые игры, это мне тоже интересно. Не знаю, сколько это продлится, месяц или целый год. Пока люди хотят со мной играть, буду пользоваться возможностью. Планирую много работать над теорией. Я уже говорил, что на Мировой серии мне казалось, будто все мои знания тут бесполезны. Уверен, что рядом с Чидвиком и Хэкстоном таких мыслей не возникнет.

Мэтт Берки: Уже прикидывал, сколько дорогих турниров сможешь сыграть за год?

Эспен Йорстад: Планирую играть все турниры по $25k с хорошими составами.

Мэтт Берки: Получится около 100 турниров со средним бай-ином $25k. К ним я отношу и турниры дороже, в которые ты будешь продавать доли.

Эспен Йорстад: Звучит слишком оптимистично, не думаю, что их вообще есть столько.

Мэтт Берки: Насколько я знаю, у хайроллеров примерно столько и получается. С реэнтри, естественно.

Эспен Йорстад: Я собираюсь тщательно селектить. Турниры, в которых собираются одни реги, мне не очень интересны. Понадобится какое-то время, чтобы привыкнуть к такому бай-ину. Я не из тех, кто считает себя лучшим лишь потому, что только что выиграл кучу денег.

Лэндон Тайс: Ты выиграл Главный турнир WSOP и не считаешь себя самым сильным игроком на свете?

Эспен Йорстад: В глубине души, конечно, считаю, но предпочитаю не озвучивать это на весь мир.

Генри Килбейн: Еще до краха LUNA, мы с Эспеном снимали жилье в Таиланде и однажды я у него спросил: «У тебя семизначный банкролл, все идет отлично и в крипте, и в покере. Где ты берешь мотивацию?» Эспен ответил, что уже давно играет не ради денег, его интересует соревновательный элемент и конкуренция с сильнейшими игроками. Я на многое взглянул по-другому после того разговора.

Эспен Йорстад: Это все из-за эго. Вероятно, дело в детских комплексах. Если бы я был успешным уже в садике, этих мыслей у меня сейчас бы не было. Хочу, чтобы Аддамо боялся вступать со мной в розыгрыши. А если серьезно, мейн – это всего лишь один турнир, и победа в нем ничего не значит.

Лэндон Тайс: Думаю, ты удивишься, сколько человек думают иначе.

Мэтт Берки: Немало игроков вообще мечтают закончить карьеру после победы в мейне.

Эспен Йорстад: Да, многие мне об этом говорили прямо на Мировой серии. Вообще в покере очень много людей, которые не любят саму игру, у них нет страсти к борьбе. Такие игроки словно попали в клетку – они в покере уже 15 лет и больше ничего не умеют. У них даже нет образования, поэтому им ничего не остается, только заставлять себя играть.

Мэтт Берки: Есть и другой тип игроков. Они тоже в покере очень давно и понимают, что потолок постоянно снижается. При этом они почему-то уверены, что в другой деятельности с их навыками можно добиться гораздо больше успеха. Они очень быстро забывают обо всех плюсах покера – свободе, путешествиях, о том, что ты зарабатываешь играя. Появляются мысли, что покер не приносит пользы обществу, что это пустая трата времени. По-моему, от этого часто страдает их самооценка, и в новой деятельности они становятся, скажем так, ничем не примечательными средними регами.

Чем сам планируешь заниматься в самое ближайшее время?

Эспен Йорстад: На днях поеду на серию в Майами, потом меня пригласили в Лос-Анджелес на стрим в казино Hustler. Будем играть $100/$200/$400. Состав участников пока не знаю, на данный момент подтвердили меня и Гаррета Эдельстайна. Я никогда не играл так дорого. Мой максимальный лимит в онлайне $50/$100, а в офлайне вообще в кэш не садился.

Мэтт Берки: Главное, не вздумай там выбрасывать королей на доске . Даже если выбросишь после простого рейза префлоп, в чате от тебя не оставят живого места.

Эспен Йорстад: Ха-ха, спасибо за совет. В конце августа сыграю новую серию Роба Йонга на Кипре (ред – Mediterranean Poker Party с 19 августа по 5 сентября), а потом там же стартует Triton (ред. – с 5 по 19 сентября). С дальнейшими планами пока не определился, наверное, вернусь в Лондон, чтобы разобраться с налогами.

Следите за обновлениями GipsyTeam вконтакте, на фейсбуке, на YouTube, в твиттере, телеграме и инстаграме.
Поделиться новостью:
Еще по теме
2 комментария
1
Зачем регистрироваться на GipsyTeam?
  • Вы сможете оставлять комментарии, оценивать посты, участвовать в дискуссиях и повышать свой уровень игры.
  • Если вы предпочитаете четырехцветную колоду и хотите отключить анимацию аватаров, эти возможности будут в настройках профиля.
  • Вам станут доступны закладки, бекинг и другие удобные инструменты сайта.
  • На каждой странице будет видно, где появились новые посты и комментарии.
  • Если вы зарегистрированы в покер-румах через GipsyTeam, вы получите статистику рейка, бонусные очки для покупок в магазине, эксклюзивные акции и расширенную поддержку.